Влияние войны в Осетии на культурную среду

GEORGIA-RUSSIA-CONFLICT-INDEPENDENCE-ANNIVERSARYПятидневная война, начавшаяся в ночь на 8 августа 2008 года, привела к поражению Грузии, победе России и к фактической независимости Южной Осетии и Абхазии. Также война привела к практически полному разрыву связей между Российской Федерацией и Грузией, в то числе и к разрыву культурных связей. Более того, была развязана информационная война, длящаяся значительно дольше пяти дней.

Раньше всех отреагировали кинематографисты. Вышедший российский документальный фильм «Война 08.08.08. Искусство предательства» появился в сети уже в октябре 2008 года. Ответ Грузии последовал в январе следующего года – фильм «Хроники грузинского августа». Обе ленты рассказывали об очевидном и неоспоримом: обстреле Цхинвала, введении грузинских войск в Осетию, о боях между войсками Грузии и ополченцами Осетии, поддержанными введенными Россией миротворческими силами. Однако грузинский фильм большее внимание уделил событиям, предшествовавшим открытому противостоянию, доказывая, что действия грузинской стороны были ответом на российские провокации.

Вслед за документальными лентами пришел черед художественных. Первенство вновь принадлежало России. Уже в марте 2009 года на телевидение стартовал показ снятого Волошиным фильма «Олимпус инферно». После этого сразу же стартовала продажа DVD, также фильм был выложен в открытом доступе Интернете, где его и посмотрело большинство зрителей. К выходу более высокобюджетных фильмов готовились дольше. Фильм Ренни Харлина «5 дней в августе», снятый на грузинские деньги, вышел лишь в 2011 году. Российский фильм «Август восьмого» (режиссер Джаник Файзиев) и того позже – в начале 2012 года. Оба фильма имели значительный бюджет, ожидаемо не окупились в прокате, но и цели такой похоже не имели. Грузинский фильм выглядел весьма похожим на «Олимпус инферно», но с соответственно смещенными акцентами. «Август восьмого» был менее политичен, но версия о том, кто развязал войну, была общепринятая в России. Таким образом, в кинематографе был сохранен статус-кво.

В то же время в художественной среде отклики на события были значительно осторожней. По-видимому, большинство художников так и не смогли определиться с выбором позиции, предпочтя остаться в стороне и разграничивая русско-грузинский конфликт, длившийся уже давно, и войну. Совсем молчать, конечно, не стали. Алексей Беляев-Гинтовт устроил выставку в Цхинвале и высказался о полной поддержке российских действий, Кикабидзе отказался от российской правительственной награды. Остальные реагировали сдержанней, на фестивале в Казани даже вместе выступили осетинка Томаева и грузинка Бериашвили. Правда, в «Евровидении-2009» отказались участвовать грузинские певцы, а на известном фотоконкурсе World Press Photo были отмечены ряд работ, сделанных во время войны на территории Грузии. В целом же, художественного освещения темы избегали.

Некий финал этой темы пришелся на середину 2011 года. Роберт Стуруа, занимавший 3 десятилетия пост руководителя Театра имени Шота Руставели, был снят с должности из-за обвинений в ксенофобии, и был вынужден уехать в Москву, где работал в театре Александра Калягина. Лишь спустя полгода он смог вернуться в Грузию и занять прежнюю должность. По мнению критика Майи Мамаладзе, это говорит о начале восстановления культурных связей между странами.

Comments are closed.